«Айти-бунтари». Что нового в нынешней избирательной кампании

8e24e13faeec696da584b32fe490244ed4a

10 лет назад пропаганда были примитивной: на заборах просто писали «Лукашенко уходи» или «Беларусь в Европу».

Сейчас происходит постоянная (и более дешевая) отработка общества по целевым группам: призывники, их родители, матери-328, инвалиды, жители промышленной застройки.

Таким образом оппозиция маскируется под айтишников, реформаторов образования, матерей, экологов, экспертов и прочих деятелей. У всех этих групп нет единой структуры управления, но схожи принципы организации и методы работы.

Кандидат-программист

Представьте себя на месте политтехнолога.

Ваша задача – сформировать некий рабочий и приемлемый для населения образ активиста, в отличие от стандартного безработного и безденежного «суточника», который пашет на ниве протеста не один десяток лет.

Другое дело – программист, с возможностью легко эмигрировать и продолжить работу в иной стране, с высшим техническим образованием, большей организованностью, знанием языков, высоким доходом. Молодой, требующий самореализации, общественного признания.

76784412_419524968969262_29408053392572416_n

Далее под такого условного лидера подбирается политическая повестка.

Более проходные вопросы: призыв, наркотики, вопросы образования, распределения, занятости.

Менее проходные: «российская агрессия», белорусский национализм, борьба с Лукашенко.

В то же время с программистами есть ряд сложностей.

Такая молодежь, в отличие от, например, историков, изначально слабо ориентирована на политику и мало ей интересуется. Они еще менее политизированы, чем молодежь в общей массе. При этом почти зависит от политического климата в стране: работает с иностранными заказчиками, имеет высокий уровень дохода в валюте.

Т.е. это отнюдь не протестная группа изначально, поэтому молодежные организации на ее базе могут быть созданы только извне.

Что мы, собственно, и наблюдаем в отношении молодежных кандидатов, которых уже подсвечивают СМИ в ходе избирательной кампании. Оппозиции жизненно необходимо «щупать» данную группу, выявлять в ней лидеров мнений и настроения.

Ценность еще и в том, что айтишники, как потенциальная социальная база – это не просто рядовые активисты, а те, кого можно привлекать непосредственно к работе в интернете, созданию сайтов и проч.; либо же потенциальные спонсоры. Т.е. они имеют массу стартовых преимуществ по сравнению с другими активистами.

Интересно и наличие в данной группе лиц, которые пытаются выражать интересы всей группы – типа Прокопени – хотя, мягко говоря, тот гораздо более популярен среди гуманитарной оппозиционной интеллигенции, чем среди технической интеллигенции и непосредственных работников сферы айти. Со стороны все это выглядит как результат вложения в пиар, а не как следствие профессиональных заслуг в отрасли.

Конфликт поколений в оппозиции

Соответственно, можно разделить оппозиционную активность на «старую» и «новую».

Существует четкое разделение на новые и старые подходы в организации массовых акций, в их содержании, характере контактов с властями.

Примета нашего времени – отход от жесткого противостояния, появление нового поколения оппозиционных или якобы «независимых» политиков, активистов, предпринимателей.

Вот что по этому поводу говорил сотрудник «Радио Свобода» Вечёрка:

– Отсутствие негативной репутации будет иметь большее значение, чем узнаваемость среди широких кругов. Если говорить о лидерах нынешней политический оппозиции, то за ними тянется длинный шлейф поражений, потерянных надежд. Сначала были большие надежды, потом они не были оправданы. Я почти уверен, что никто из тех, кто сейчас руководит политическими партиями, не будут следующими главами Беларуси.

Даже верю в то, что какой-либо Румас или Макей, смотря по обсуждениях в соцсетях, имеют большие шансы.

Но не исключено, что появится условный Зеленский. Он может быть как ближе к нынешней оппозиции, так и ближе к нынешнему окружению Лукашенко. Но он будет новый, свежий, он не должен быть копией Лукашенко ни в коем случае, и он спокойно мог бы собрать эти голоса. Думаю, что белорусы ведут себя подобно украинцам, и, действительно, когда усталость Лукашенко дойдет до критического момента, появится определенный вакуум и спрос на альтернативную персоналию, и она очень скоро возрастет, как вырос когда-то Пашинян в Армении.

Нынешние оппозиционные партии – это сфера влияния старых активистов. Разборка в ОГП с Анной Канопацкой показала, что старые лидеры не готовы поступиться ни каплей влияния по отношению к новым лицам. При этом особых побед не видно, и активисты постепенно разочаровываются, партии слабеют, их престиж в обществе – практически никакой.

Поэтому новый (и более перспективный) костяк создается из ребят 20-21 лет, студентов, не входящих в партийные тусовки.

Для этих же целей экспериментируют с формой подачи информации. Телеграм, подкасты, видео с текстом, блоги – все эти пляски с оппозиционным форматом нужны именно для завлечение молодежи; старшее поколении способ получения информации практически не меняет, оно консервативно.

Но для остальных «политиков» повышается условная «штатная» планка – мало быть просто активистом, надо становиться правозащитником, журналистом, блогером, лидером мнений, медийщиком и т.д.

Поэтому взаимодействие с «профильными» движениями, типа матерей, больше нужно партиям, чем самим движениям – средства дают именно им, а партийные активисты как бы подключаются к движению, помогают и что-то имеют уже там, а не в своей партии.

При этом внутренние механизмы достаточно грязные, и понятны любому умному человеку, который приходит в тусовку с улицы. Поэтом дальнейшее пребывание в тусовке – вопрос цинизма и денег, принятия определенных условий, авторитетов, рамок работы. Многие соглашаются, а многие – нет.

Поэтому держать постоянно большое количество актива им сложно, а коммуникативные технологии затачиваются на одномоментную мобилизацию.

Медиа как способ самоорганизации

Чистая политика молодежи не интересна, аудитория реагирует слабо. Также в старой оппозиции много одиозных, малопривлекательных и малопонятных молодежи фигур с неочевидными заслугами.

Поэтому работает в основном не ссылка на моральные авторитеты, а критический развлекательный контент, юмор.

Так происходит привлечение актива среди неполитизированной молодежи. Одновременно ведется отбор актива среди неполитизированной молодежи. И параллельно – ведется постоянная работа по совершенствованию медиа-поддержки массовых протестов. Даже если как таковых протестов нет – анализируются все успешные и неуспешные прецеденты в СНГ, обобщается практика; блогеров и журналистов возят по тематическим семинарам.

Медиа сейчас – больше способ самоорганизации, солидаризации и поиска активистов, чем средство давления на власть. Поэтому нужно не прогибаться под критику, переоценивать влияние медиа, но четко видеть цели их работы.

И в отличие от оппозиционных партий, оппозиционные СМИ вырастили молодое поколение, которое будет трудится на сайтах ближайшие лет десять. Чего нельзя сказать об оппозиционных партиях, которые, наоборот, ослабели по сравнению с 90-ми и 20-ми годами.

Еще один интересный момент – это наличие неких полностью виртуальных сетевых структур – это даже не группа читателей СМИ или сайта партии, а анонимный телеграм-канал с десятками тысяч подписчиков.

Непонятно, как их будут использовать дальше, но основная легенда – что телеграм-канал представляет собой некую элитарную группу, осведомленную, тайную и влиятельную политическую силу. Хотя вопросов к ним очень много, от банальной лжи до вероятной связи с иностранными спецслужбами.

Опять же, напоминаем, что Польша сейчас – это основной оператор американских денег, идущих на оппозицию. Американцы и поляки на белорусском направлении, скажем так, нашли друг друга.

Любопытно, что в результате переговоров белорусской стороны с польским правительством с медийной сцены практически исчез ресурс «Хартия97», которому обрезали финансирование, но ему на смену сразу же пришёл «Нехта», также поддерживаемый поляками и, вероятно, работающий в интересах их специальных служб.

Борьба с «российской пропагандой»

Таким образом, вместо политических партий и общественных движений, создаваемых под выборы, на первый план в качестве проводников изменений выдвинулись СМИ, соцсети, экспертные группы. Именно они сейчас составляют основные элементы прозападной сети влияния.

Например, очень показательной была медийная раскрутка Тут.баем польского телеграм-канала Нехта, распространявшего фейк о похищении могилёвского милиционера. Портал давал прямые ссылки на Нехту, после чего аудитория канала единовременно выросла в несколько раз.

Отдельная интересная тема – это борьба с «российской пропагандой» и «российским влиянием». Под эту марку сейчас работают практически все оппозиционные СМИ в РБ, создавая «предложение» в отрасли. «Спрос» на это есть, и из-за обострения отношений с НАТО он нисколько не уменьшится.

Очевидно, на «провокацию конфликта между Беларусью и Россией» дает средства более широкий круг доноров, чем просто на борьбу с диктатором Лукашенко. Поэтому давление на Беларусь как бы удваивается за счет антироссийских ресурсов.

Также очевидно и то, что нормальным российско-белорусским отношениям будут активно противодействовать, это часть западной дипломатической игры. Что усугубляется нынешними экономическими спорами. Поэтому 2020-й год, действительно, не будет легким ни на одном из направлений.

Андрей ЛАЗУТКИН, imhoclub.by