Коллекционер ярких впечатлений

7e246a2d4c6443b031cfc83a0fed8554

58-летний таксидермист из Жодино за 4 месяца на велосипеде доехал до Дальнего Востока

Около тысячи бабочек и жуков, свыше трехсот чучел птиц и животных. Уникальную частную зоологическую коллекцию, по ценности вторую в стране (первая находится в БГУ), можно увидеть в Жодино. Ее владелец и создатель Геннадий Пузанкевич — человек разносторонний и известный далеко за пределами родного города. Один из лучших таксидермистов страны, орнитолог, фотограф и путешественник. В свои 58 Геннадий Константинович побывал в полутора десятках экзотических стран, поднялся в сланцах на Килиманджаро, жил в племени каннибалов в Папуа — Новой Гвинее. А недавно вернулся с Дальнего Востока, куда он добрался на велосипеде, проехав за неполных четыре месяца 10.745 километров. Все эти странствия способствовали пополнению его коллекции, с отдельными экземплярами которой жодинцы могут познакомиться на экспозиции, открывшейся в городском выставочном зале.

53f7faaedfd8e0921ade26abb86a5c98

Дом, где хранится уникальная коллекция, сам похож на музей: деревянный, с резным крыльцом и балюстрадой, чем–то напоминает сказочный терем. Охраняют его не хуже сторожевых псов два черных австралийских лебедя (такие в нашей природе не водятся). Отгоняя «сторожей», хозяин радушно показывает свои владения:

— Этот дом я построил сам, когда вернулся из армии. Потом еще и людям строил. А животных с детства люблю. Бывало, принесут мне птицу со сломанным крылом, я ее выхожу. Если сможет летать, отпущу, а нет — остается у меня жить. Со временем начал редких птиц разводить.

В птичнике у Геннадия Константиновича сегодня жильцов поубавилось. Отправляясь в длительное путешествие на Дальний Восток, многих его обитателей пришлось отдать. Павлины перебрались к сыну, попугай ара гостит у «невесты». Дома остались несколько видов фазанов и кур. С птиц, кстати, и началось главное увлечение Геннадия Константиновича — таксидермия:

— Рядом с нашей деревней Судабовкой, которую позже присоединили к Жодино, была открытая охотничья зона. Охотник подстрелит не ту птицу и выбросит. А мне жалко, что такая красота пропадает. Вот и начал делать чучела. Наверное, это генетически у меня было заложено: мама рассказывала, что бабушка их делала, в основном — белок. Но я ее работ не видел. Поначалу ничего не получалось, а учиться не у кого было. Все пришлось постигать самому.

f7f086ee99656902cf0d089ae9d660ed

Первое удавшееся чучело красноголового нырка, которое он сделал в 14 лет, до сих пор хранится в коллекции теперь уже признанного мастера. Всего же за сорок с лишним лет Геннадий Константинович создал более девяти с половиной тысяч чучел. От желтоголового королька до бурого медведя и крокодила. Большинство из них разошлось по школам, музеям природы и частным коллекциям (главным образом — охотничьи трофеи), некоторые даже «уехали» за пределы страны. У автора осталась лишь небольшая часть, но и на нее приезжают посмотреть школьники со всей Беларуси. И Геннадий Константинович с удовольствием проводит экскурсии по своему маленькому домашнему музею.

Все, кому доводилось видеть чучела, изготовленные жодинским таксидермистом, отмечают: они выглядят как живые. И это не случайно, ведь Геннадий Пузанкевич давно изучает повадки птиц и зверей в природе.

— Я познакомился с зоологами Национальной академии наук, передавал им многие биоматериалы. Меня стали приглашать как орнитолога в разные экспедиции, — рассказывает о зарождении еще одного увлечения — путешествиями — Геннадий Константинович. — А к сорока годам появилась возможность уехать подальше. Первая поездка у меня была на остров Цейлон. С детства мечтал попасть в тропические страны, посмотреть их животный и растительный мир.

Потом были Доминиканская Республика, Кения, Танзания, Индия, Индонезия, Сингапур, Таиланд, Камбоджа и другие страны. Специально слетал на остров Комодо, чтобы посмотреть на его варанов. На острове Калимантан в Малайзии посчастливилось увидеть самый большой цветок — раффлезию, а на Мадагаскаре, кроме многочисленных лемуров, бабочек данаид. Из всех путешествий осталось большое количество фотографий и различных сувениров, как, например, ритуальный топорик или головной убор из перьев казуара племени каннибалов из Папуа — Новой Гвинеи.

— Этот головной убор мне подарил проводник, — показывает свои артефакты путешественник. — Он очень хорош в джунглях, так как защищает лицо от дождя: капли просто скатываются по перьям. А этим топориком женщины отрубают себе фаланги пальцев в знак траура по умершему родственнику, мужчины же отрезают часть уха.

Об экзотических странах напоминают и тропические растения в зимнем саду, и пополнившие коллекцию бабочки и жуки, и, конечно же, чучела представителей тамошней фауны. Еще одну мечту детства реализовал Геннадий Пузанкевич этим летом: проехал из Жодино до Владивостока на велосипеде:

— На Дальнем Востоке мне приходилось бывать, но на машине столько не увидишь, как на велосипеде. Тем более с детства я мечтал пройти из одного конца большой страны в другой. Пешком в моем возрасте это сделать нереально, а на двухколесном друге решил попытаться.

Для реализации задуманного выбрал обычный велосипед «Аист», чтобы не возникало проблем с ремонтом в пути. Определился с маршрутом. Взял с собой только самое необходимое и, разумеется, фотоаппарат. Прикрепил на свое транспортное средство флажок Беларуси и 27 апреля отправился в путь:

— Сперва проезжал до ста километров в день, чтобы ноги привыкли к нагрузке, а потом доходило и до 230. Конечно, не раз возникало желание вернуться, особенно в начале пути: не из–за того что тяжело, просто жалко было потраченного времени. Часто дальнобойщики предлагали подвезти — мол, никто не узнает. Но я отказывался, так как решил испытать себя.

612bf4c838bbab97af4eb70ecaaa53a8

И это испытание Геннадий Константинович выдержал. Питался в основном лапшой быстрого приготовления. Причем из–за пожароопасного периода приходилось заливать ее холодной водой, часто речной. Чтобы как–то разнообразить рацион, ел почки сосны, липы, луковицы лилии и личинки короеда, в которых много белка. Ночевал в палатке, иногда — в бытовках дорожных рабочих или кабинах большегрузов. Правда, таких «комфортных» ночевок было не более десяти.

Он не только любовался и фотографировал природу и достопримечательности на протяжении всего маршрута, но и собирал пробы ДНК сбитых на дороге птиц, которые по возвращении передал в Национальную академию наук. Впечатлений же от путешествия хватило бы на целую книгу:

— Может, я ее когда–нибудь и напишу, тем более что с детства веду дневники, — замечает неугомонный путешественник. — Но сейчас хочу закончить работу над энциклопедией о растительном и животном мире Жодино.

Спустя два месяца после возвращения Геннадий Пузанкевич уже строит планы на новые странствия:

— Заметил, чем старше становлюсь, тем хочется больше увидеть. Боюсь не успеть. Это меня и толкает на самые разные поездки.

И я не удивлюсь, если мы скоро услышим о новых приключениях жодинского путешественника.

Инга Романовская, фото автора и из архива Геннадия Пузанкевича, «СБ. Беларусь сегодня»