Беларусь поддержала в биатлоне Россию – как иначе?

Руслан Васильев

13-й конгресс Международного союза биатлонистов, состоявшийся в хорватском Порече, разумеется, оставил глубокий след в истории одного из самых популярных зимних видов спорта.

Даже такой единичный, но важнейший факт, как избрание нового и всего лишь второго в истории IBU президента, коим стал швед Олле Далин, говорит сам за себя.

Однако, как отмечает колумнист Sputnik Руслан Васильев, у центрального мероприятия биатлона во всем межсезонье (первом после Белых игр-2018 в Пхенчхане!) не зря был такой богатый на суеверные заморочки порядковый номер – «чертова дюжина». Очевидно, что конгресс IBU прошел в специфической атмосфере, когда почти всем приходилось говорить так, чтобы упрятать три смысла в два слова.

Когда и море не в радость

Вот кто возьмет на себя смелость и риски утверждать, что первый, а теперь уже и бывший президент норвежец Андерс Бессеберг плохо заботился о процветании биатлона, а также о комфорте тех, кто этим биатлоном управляет как на международном, так и на национальном уровне?

В конце концов, какое место занимает Хорватия в мировой системе координат стреляющих лыжников? Ничтожное. Был у нее гений с винтовкой – Яков Фак, но и тот сбежал в Словению. Тем не менее, на 12-м конгрессе именно эта страна, отозвавшись на просьбу герра Андерса, выразила горячее желание принять следующий форум IBU в идиллическом Порече – славном курорте на берегу Средиземного моря. Бессеберг умел договариваться так, чтобы все было по высшему разряду.

И какие виды радовали глаз делегатов конгресса! Как ласкали их натруженные после утомительных заседаний глаза тихо набегавшие на берег волны. Ах-ах-ах!

Но вы думаете, приемники сказали за это Бессебергу спасибо? Выразили признательность, похлопав по плечу, а то и расцеловав в щеки? Нет и еще раз нет! Напротив, норвежца, которого если и можно в чем-то обвинить, так это в жизнелюбии, которое он старательно прятал за аскетичным выражением лица и рубленным английским, сделали парией, изгоем.

На него ополчились все его недруги, которых он за долгие годы президентской работы просто не мог не нажить. Ибо что бы кто ни говорил о Бессеберге, но при нем биатлон никогда не болел глупостью, которая в смежных дисциплинах проросла буйным цветом. С глупостью он боролся, стараясь пресечь и ее саму, и ее носителей на корню.

Поэтому эпоха Бессеберга – это экспансия! Во-первых, биатлон финансово развивался бешеными темпами, достигнув экономических показателей, о которых даже не мечтали 30 лет назад. Во-вторых, произошло расширение интересов стреляющих лыжников на Олимпиаде. В-третьих, популярность биатлона росла, как на дрожжах, и более того: этот вид спорта получил женское болельщицкое начало, что принципиально гарантирует ему и дальнейшее процветание через эмоциональность и верность слабого пола, не отвлекающегося на хоккеи и футболы.

И это предлагается забыть? Только потому, что Бессебергу «шьют», как говорил Иван Грозный в комедии Леонида Гайдая, коррупционное дело, которое еще отнюдь не доведено до суда? Причем вина норвежца не доказана, паутина доказательств постоянно рвется, да и все они, доказательства, не прямые, а косвенные? А ведь время работает на правду больше, чем на неправду.

Как это, например, понимает Уле Эйнар Бьорндален: «Мне кажется странным, что выборы нового руководства состоялись сейчас, когда расследование еще не закончено. Я бы предпочел сначала дождаться его окончания, а уже после выбирать исполком. Такое развитие событий мне бы понравилось гораздо больше, потому что мы бы знали, что сделано не так, а что правильно. Сейчас у меня нет желания работать в IBU. До тех пор, пока организация все еще находится под подозрением и проводится расследование, меня это не привлекает».

Но если разумное мнение, озвученное Бьорндаленом, игнорируется, значит, очень даже реально утверждать, что Бессебергу отказывают в пресловутой «презумпции невиновности». Причем только потому, что он раньше не захотел отказывать в ней российскому биатлону, попавшему под пресс допинговых обвинений.

А еще, конечно, зависть. Обыкновенная, хотя и черная. Но очень человеческая зависть, которая вылилась в ненависть к успехам и заслугам герра Андерса, к его умению быть молодым и в зрелые годы. Даже любовь Бессеберга к охоте вызывала ревность. Как успевает?! Что и говорить, ревность – это злодейство в сострадательной форме.

Вот такие настроения даже не подспудно, а напоказ доминировали в Порече, что для многих сделало рабочую обстановку на конгрессе далекой от комфортной. Несмотря на море, несмотря на фрукты, живописные виды и прочие прелести бархатного сезона на Средиземноморье. Вспомните себя: какие чувства вы испытывали в детстве, когда вам читали книгу о Маугли – те страницы, где шакал завывал: «Акела промахнулся! Акела промахнулся!» Брезгливость, граничащая с омерзением.

А ведь Бессеберг Бессебергом. Он ведь, по большому счету, разменная монета во всех антироссийских процессах, которые продолжают сотрясать биатлон.

Биатлон без России – как каша без масла

В Порече российской делегации не удалось добиться восстановления в IBU в качестве полноценного члена союза. Оптимистические высказывания нового президента СБР Владимира Драчева, верившего в позитивное голосование на конгрессе, не нашли своего материалистического подтверждения. Увы…

Информация опасна тогда, когда она целенаправленна. А в Порече с избытком хватало антироссийской пропаганды. Любопытно, что момент голосования многие фиксировали на фото и видеоаппаратуру, что весьма показательно. И те 20 голосов, включая белорусский, что получила Россия, – это смелые голоса.

Как относиться к этому поражению соседей нам, белорусским любителям биатлона? С глубоким сожалением, ибо биатлон без России – как каша без масла. А ведь риски, что санкции после рассмотрения очередных «исторических допинговых дел» Слепцовой, Устюгова, Чернышова и Печенкина могут расшириться и привести к дисквалификации СБР, как это произошло в легкой атлетике, достаточно велики.

Но наша белорусская мотивация должны быть простой, профессиональной и дружеской. Мы поддерживали и поддерживаем честных биатлонистов и тренеров из России, всю многомилионную армию болельщиков из страны-соседки. А ведь последние «незалетные » годы служат хорошим доказательством чистоты российского биатлона. Ведь контролировался уже каждый выдох!

Кстати, Беларусь, несмотря на все риски, старалась сделать для соседей еще больше. В конце концов, в чем, похоже, заключался смысл предоставления «синеокого» мандата Виктору Майгурову, который снял свою кандидатуру с голосования на пост вице-президента и, увы, не был избран в члены исполкома? Элементарно! Мы, действуя четко в рамках правил, не хотели, чтобы разрушились прямые связи между центральным аппаратом IBU и СБР! А теперь как?

Все сложнее, и намного! В Зальцбурге, где располагается штаб-квартира союза, не будут знать реакции СБР, а в Москву все начинания и замыслы того же нового президента Далина будут доходить с запозданием и через третьи руки с пятыми устами. Нелепо!

Конечно, возможно, кое-кто в новоизбранном и гипотетически мало дружественном по отношению к СБР исполкоме IBU мечтает вовсе удалить российский биатлон на задворки. Но это абсурд! Судите хотя бы по такому факту.

В Порече было принято решение экспериментировать с масс-стартом на финальном этапе Кубка IBU, допуская 60 стреляющих лыжников. И вот уже рыжая звезда Норвегии Йоханесс Бе показал себя нехилым диалектиком: «Я, в принципе, в восторге. Сможет принимать участие большее количество биатлонистов, что пойдет спорту на пользу. Без развития интерес к биатлону умрет!»

А теперь вопрос: а кто это придумал? Кто автор идеи – стрелять на первом рубеже одной группе, а другой прокатываться, чтобы через круг все происходило наоборот? Ответ: в Тюмени на Кубке губернатора с этим экспериментировали еще десяток лет назад. В масс-старте, который являлся марафоном – 40 км у мужчин, 30 км у дам, по восемь рубежей. На первом из них происходило именно то – стрельба/прокат, что проверят в рамках масс-старта в итальянском Мартелли 17 марта 2019 года. Автор идеи – Вадим Мелихов.

Какие еще есть вопросы? Поэтому тому же Далину, который вместо Бессеберга, нужно понять, что принцип, к которому его будут подталкивать некоторые члены исполкома,  «Я делаю, потому что могу», очень опасный, внушающий ложное чувство вседозволенности. А тех, кто видит смысл своей деятельности в «зачистке России», необходимо жалеть. Ведь если они реализуют свои замыслы и смогут крикнуть: «Виктория!», то очень быстро убедятся в гениальности строк Наума Коржавина: «Но их бедой была победа, за ней открылась пустота».

Sputnik