Роман Рудь и суд

1

Представьте, идет суд. Подсудимый колотит себя пяткой в грудь: да чтобы я запоганил свои золотые руки какими-то грязными деньгами?! Общественность сочувственно гудит, уже слышен чей-то фальцет про свободу Юрию Деточкину… И вдруг объявляется досадный очевидец. И под присягой свидетельствует: именно свои, именно деньгами, именно запоганил. Клянусь мамой. Что обычно происходит в этом случае? Как правило, поднимается общий крик. Публика возмущенно орет, что подсудимый, оказывается, водил ее за нос. Тот верещит, что его оклеветали и пытается опровергнуть злые домыслы.

В деле профсоюзного лидера Геннадия Федынича случилось по-другому.

Человека обвиняют в том, что он открыл за границей счет, куда поступали деньги от зарубежных спонсоров. Потом они ввозились в нашу страну и использовались по усмотрению обвиняемого. Налоги с этих подковерных доходов не платились. Обвиняемый гневно отвергал эти возмутительные, по его словам, наветы. “Да чтобы я запоганил?!”… И вдруг гром средь ясного процесса: в зале суда объявилась свидетельница, которая спокойно рассказала, что самолично являлась курьером подсудимого и по его поручению ввозила в Беларусь пачки подпольных евро. Казалось бы, всё. Момент истины. “Бабушка приехала”.

Но дальше началось странное…

Нет, демократическая общественность, конечно, возмутилась. Однако не брехней подсудимого, а самим фактом наличия свидетельницы. И подсудимый не поспешил опровергнуть ее показания. Вместо этого он взялся покаянно оправдываться, что действительно виноват: не разглядел предателя. Некоторые сайты, ошибочно считающие себя СМИ, наперебой берут у господина Федынича интервью, в которых отсутствует самый важный вопрос: “Где вы научились так ловко врать?” Вместо этого “журналисты” с чисто партийной укоризной интересуются, как же матерый профсоюзный конспиратор так опростоволосился, что сделал своим доверенным лицом агента КГБ. Никто не спрашивает, откуда взялись и куда делись непонятные деньги.

Видимо, интервьюерам прекрасно известен ответ. Сами с того же кормятся. Поэтому сегодня они с трудом скрывают возмущение, вызванное отнюдь не финансовыми пируэтами старшего товарища. Их волнует собственное разоблачение. Не в обиду Глебу Егорычу будет сказано, но сейчас оппозиционная пресса напоминает Жеглова, сквозь зубы бросившего предателю: “Будь ты проклят, гад! Ты же нас всех продал!”

ФБ