На чем сегодня строит свою экономику Северная Осетия

Горы прекрасны в любую погоду
Горы прекрасны в любую погоду

Владикавказский дневник

Сегодня я продолжу рассказ о поездке в Северную Осетию (начало — в номере за 12 мая). Горы, осетинские пироги, знаковые места и потрясающе гордая стать местных танцоров — все это яркая одежка, по которой оценивают новое место гости. Это то, что называют историей и традициями. На чем строится экономика этой красивой горной республики? Какие проблемы остро волнуют людей и как их решает руководство региона? Ответы ждали нас впереди.

Ты помнишь, как все начиналось  

Вечером в холле гостиницы мы разговорились с Асламбеком. Он таксист со стажем. И, как все таксисты, чрезвычайно хорошо информирован в самых разных сферах. Порой деликатных. Отвечать на интересовавший меня вопрос он начал издалека. Аж с лихих 1990-х, когда Северная Осетия получила негласное звание «всероссийского водочного цеха». Время было мутное и тяжелое. Развал Советского Союза, работы нет, перспектив тоже. Какая рыба могла заплыть тогда в местные заводи, догадаться несложно…

Отсутствие акцизных марок на алкоголе: такое во Владикавказе мы видели не раз.
Отсутствие акцизных марок на алкоголе: такое во Владикавказе мы видели не раз.

— Производство водки, в том числе «паленой», почти на десятилетие стало визитной карточкой Северной Осетии. И одним из основных направлений развития ее экономики. Всего за несколько лет число предприятий, занимавшихся данным бизнесом, достигло двухсот. Да что там предприятия — алкогольное производство стало народным промыслом. Делали и разливали чуть не в каждом дворе, — широкий жест моего собеседника не заставляет сомневаться: все так и было поставлено — широко, мощно. — Решающим фактором оказалась вода. Она здесь горная, чистая как слеза и практически не требует дополнительной очистки. Развел со спиртом в нужной пропорции — и готово. В итоге конкурировать с местным алкоголем по цене было практически невозможно. Из Владикавказа водку везли вагонами, десятки фур каждое утро выезжали в разные регионы России. В округе начали строиться красивые коттеджи, у людей появился достаток, увеличились отчисления в бюджет. Но, разумеется, такое двусмысленное положение дел никак не могло устраивать федеральные силовые и фискальные структуры.

Уже к началу 2000-х заметно выросла стоимость акцизов. Изменилось законодательство в сфере оборота алкоголя. Появилась система лицензирования, которая ощутимо проредила теневой алкогольный сектор горной республики. После 2008 года былая «водочная» слава Северной Осетии быстро пошла на убыль…

Североосетинский вариант самогонного аппарата.
Североосетинский вариант самогонного аппарата.

— Сегодня это уже в прошлом. Все изменилось. Но, знаете, мое мнение такое: те годы, как бы парадоксально это ни звучало, разбудили к жизни предпринимательскую жилку у населения. Люди шевелились, зарабатывали, кто на чем мог: одни на выпуске упаковки и пробок, другие на производстве и мытье бутылок, третьи на погрузке и доставке. Работы хватало всем, — Асламбек вдруг понижает голос. — Сейчас многие ездят на заработки в Москву, Питер — на бирже труда год назад числилось 12 000 человек.

…Утром наша белорусско-российская команда берет курс на ОАО «Кетон». Это предприятие давно и тесно работает с Могилевом. В дороге наш сопровождающий в стиле воздушной инфографики рисует осетинский экономический пирог в разрезе. Главную его долю — более 80 процентов — сейчас составляют пищевая промышленность, цветная металлургия, электроэнергетика, машиностроение и металлообработка. Все остальное приходится на сельское хозяйство, транспорт и логистику.

— Развитый промышленный комплекс всегда выгодно выделял Северную Осетию на фоне аграрных республик-соседок. В советское время наши заводы процветали и были ориентированы на общесоюзный рынок сбыта: заказов хватало с лихвой. После 1991-го объемы выпуска, число работающих и доходность производств упали. Поэтому местный бюджет сейчас дотируется из федерального, — микроавтобус сворачивает с главного проспекта и подъезжает к раздвижным железным воротам предприятия. — На восстановление связей, нарушенных границами и изменившимся рынком, ушли годы. Сейчас положительных примеров сотрудничества в формате Союзного государства немало. Смотрим направо…

Новое кино старой пленки

Итак, «Кетон» — крупный владикавказский завод, который уже более 15 лет напрямую работает с нашим «Могилевхимволокном». Из Беларуси сюда поставляют гранулят, на выходе получают тончайшую, в несколько микрон, полимерную пленку для производства конденсаторов. Директор предприятия Рашид Саламов радушно встречает гостей у проходной и ведет на экскурсию.

Проходная ОАО «Кетон».
Проходная ОАО «Кетон».

 

Завод строился в интересах военно-промышленного комплекса, то есть с размахом: огромная территория, масса цехов. Директор не скрывает: часть из них давно отдана арендаторам, там сейчас совсем другие производства и времена. Статистика неумолима: двадцать лет назад на «Кетоне» работали 800 человек, сейчас — 80.

— До 1991 года мы поставляли пленку по всему СССР: Украина, Армения, Россия, Беларусь… После развала объемы упали с 1500 тонн готовой продукции в год до 200 тонн. В семь раз! Сейчас мы снабжаем в основном российских заказчиков, небольшая часть готовой продукции поступает к вам в Беларусь и используется для производства телевизоров, холодильников, военных изделий, — в глазах руководителя, который в 1986-м пришел сюда молодым инженером и прошел по всем ступеням карьерной лестницы, читается легкая грусть. — Помните тот период, когда после 1991 года мы все дружно сказали: плановая экономика — это плохо. Мы начали ждать погоды с рынка и носиться с ним как с писаной торбой, но все с треском рухнуло. Нас обманули. Что видим сегодня: на Западе есть целый ряд стратегически важных отраслей, которые поддерживаются государством. И там существует четкая система планирования. Увы, нас обвели вокруг пальца. Сегодня к нам возвращается понимание, что плановая система ведения хозяйства в жизненно важных для страны отраслях просто необходима.

Вот такую тонкую, почти воздушную пленку выпускают на предприятии.
Вот такую тонкую, почти воздушную пленку выпускают на предприятии.

Весь прошлый год в Министерстве промышленности и торговли России шли совещания на эту тему. Глава Республики Северная Осетия—Алания Вячеслав Битаров специально летал в Москву для решения системной проблемы. Вопрос у всех один: как поддержать такие производства на местах. Были и решения, и протоколы поручений, и договоренности. Но пока, по словам директора ОАО «Кетон», все остается на бумаге, а средняя зарплата на предприятии не может преодолеть психологическую отметку в 20—25 тысяч российских рублей (около 400 долларов):

— Кому-то по-прежнему проще завезти те же пленки из Кореи и Китая. Но у нас же есть свои конденсаторные заводы, и пришло время на самом высоком уровне вести разговор о создании барьеров на пути зарубежных компаний и их лоббистов. Я даже денег у государства не прошу: мне нужен пакет заказов, который сейчас по непонятным причинам достается иностранцам. Да, может, здесь и окраина, провинция, но это именно тот редут, который сегодня нужно укреплять из центра. Я внимательно слежу за тем, как ваш Президент Лукашенко ездит по регионам Беларуси и буквально заставляет развивать глубинку, поднимать производства в небольших райцентрах. Это как раз то, о чем я вам сейчас говорил.

Рашид САЛАМОВ: «Двадцать лет назад на «Кетоне» работали 800 человек, сейчас — 80».
Рашид САЛАМОВ: «Двадцать лет назад на «Кетоне» работали 800 человек, сейчас — 80».

Все грани будущего

…Дом правительства Республики Северная Осетия—Алания. Горный леопард — символ этих мест — верно охраняет вход в администрацию. После стандартной проверки документов нас проводят в зал, где вскоре должна начаться встреча с главой республики — Вячеславом Зелимхановичем Битаровым. Есть? Да, есть еще минутка залезть в интернет и пробежать биографию первого лица. Родом из высокогорной деревушки. Окончил Горский сельхозинститут с дипломом инженера-механика. Работал по специальности, потом ушел в бизнес. Причем успешно: последнее место работы до прихода во власть — гендиректор группы компаний «Пивоваренный дом Бавария». Словом, человек от земли. Бизнесмен со стажем. В должности почти два года.

Дом правительства Республики Северная Осетия–Алания. Горный леопард — символ этих мест. 
Дом правительства Республики Северная Осетия–Алания. Горный леопард — символ этих мест.

— Недавно у меня прошли переговоры с представителями Минского тракторного завода. Не буду забегать вперед, но уже сейчас могу сказать: мы очень заинтересованы в том, чтобы во Владикавказе начался выпуск вашей сельхозтехники, — после теплых слов приветствий глава республики сразу перешел к делу, заинтриговав белорусскую часть делегации. — Сейчас проговаривается дата нашей встречи с руководством МТЗ.

Услышав о Годе малой родины, который сейчас набирает обороты в Беларуси, Вячеслав Битаров заметно оживился:

Вячеслав БИТАРОВ.
Вячеслав БИТАРОВ.

— Тема очень актуальна для Владикавказа! Мы сейчас активно работаем над привлечением инвестиций в республику. Для этого в Москве создано специальное агентство, через которое приглашаем на родину земляков. Успешных, состоявшихся людей, которые построили за рубежом уже не одно и не два предприятия. Предлагаем им выгодные проекты и ряд преференций. Суть проста: наведайся на родину, создай тут производство. Будет и тебе хорошо, и люди добрым словом вспомнят.

Удивило, насколько хорошо глава РСО—Алания информирован о новациях нашего рынка труда. В частности, о создании новых рабочих мест в регионах, мерах по самозанятости, а также проектах по содействию малому и среднему бизнесу. В Северной Осетии, где уровень безработицы в последние несколько лет держится выше отметки 2 процента, эти вопросы волнуют многих.

— Особо тревожная ситуация складывается в сельских населенных пунктах. И если с Владикавказом все понятно — тут и производство, и сфера услуг, и бизнес, то там ничего этого нет. Хотя, как посмотреть. Скажем, в отдаленном Моздокском районе куда ни глянь — все под пленкой, круглый год в теплицах выращивают огурцы и помидоры. Здесь балом правят оптовые продажи! В другие приедешь и взгрустнешь: участки брошены, и при этом все жалуются на отсутствие работы. Поэтому первое, с чего мы решили начать, — это развитие личных подсобных хозяйств. Второе — привлечение инвестиций в республику, открытие новых предприятий и создание новых рабочих мест, — Вячеслав Битаров рассказывает о программе занятости, как о непокорном рысаке, которого нужно оседлать и укротить во что бы то ни стало. И как можно скорее.

Во время встречи с главой Северной Осетии—Алании закрытых тем для разговора не было.
Во время встречи с главой Северной Осетии—Алании закрытых тем для разговора не было.

Вопрос, поставленный ребром

Уже откликнулись инвесторы, которые хотели бы вложиться в рыбоводство. Исследование показало: в Северной Осетии одни из лучших в России условий для выращивания товарной рыбы и малька. Все это сулит развитие новой отрасли и новые рабочие места. А вот в промышленности республики давно назрел принципиальный разговор.

— В советское время на нашей территории было немало предприятий, работавших на оборонку. Дела шли неплохо, республика считалась промышленно развитой. Но по объективным причинам все круто изменилось. Поэтому сейчас вопрос стоит ребром: если за эти годы предприятие  перестроилось и начало выпуск конкурентной продукции, оно будет работать дальше. Ну а тех, кто не нашел себя в новых реалиях, мы заберем в республиканскую собственность и затем перепрофилируем. Мертвый груз нам не нужен, — законы бизнес-выживания глава Северной Осетии знает не понаслышке.

Весна на улицах Владикавказа.
Весна на улицах Владикавказа.

Туризм — отдельная строка в бюджете Алании. Но, увы, наполняется она пока на уровне, не достойном красоты и величия этих мест.

— До 1991 года наши гостиницы и турбазы гремели на весь Союз. Достать сюда путевку считалось большой удачей. Горы с их лыжными склонами, хрустальный воздух, минеральные источники, древности — все это магнитом тянуло сюда туристов. Но мы пропустили момент, когда решающим фактором выбора отдыха для многих стал сервис: трансферы, комфортабельные номера, пакет услуг, система «все включено» и так далее. В итоге многие санатории устарели и закрылись, начинать пришлось чуть ли не с нуля. Но мы рискнули, — в глазах Вячеслава Битарова загорается деловой огонек. — В республике создана программа по развитию туризма. Мы намерены оказать серьезную поддержку всем операторам, которые будут заниматься организацией въездного туризма в Северную Осетию. В горах уже начали открываться частные отели, специализирующиеся на экотуризме. Спрос есть! Следующий шаг — переговоры с авиакомпаниями об организации прямых чартерных рейсов.

…Уже в Минске, выходя из только-только пристегнувшего трап самолета «Белавиа», я почему-то вспомнил эту фразу. И словил себя на мысли, что слетал бы во Владикавказ еще. Прямым сообщением. Чтобы своими глазами увидеть пруды с резвящимся мальком, насладиться осетинским пирогом и сфотографироваться на фоне гор на новеньком тракторе «Беларус».

Василий Матвеев, Рэспублiка